Соловьиное Счастье

Учительская газета

Она вышла замуж за генерал-майора КГБ, через два года он трагически погиб. Лидия РУСЛАНОВА прослезилась, услышав ее голос. Пик ее популярности пришелся на годы застоя. Сейчас она говорит, что песни - ее единственное богатство. Народная артистка России Александра СТРЕЛЬЧЕНКО - талантливая, любимая русская певица.
- Вы изучаете свой предмет, невольно сравниваете исполнителей... Вот, допустим, ансамбль "Золотое кольцо" сейчас очень популярен.

- Понимаете, я не могу кого-то осуждать или хаять, выставлять какие-то оценки. Вот наше поколение - Воронец, Зыкина и я. Потом идут Людмила Рюмина, Татьяна Петрова, дальше - совсем молодые. Но такого серьезного отношения к песне, как у нас, у последующих поколений я не вижу. Много певиц, но все думают о том, как пробиться, как денег достать. Но это не должно быть главным. Выскочить можно. А вот удержаться, сохранив голос, душу, да еще обогатить все репертуаром, вкусом, уважительным отношением к тому, что было до тебя, и нести все это дальше, не потеряв порядочности, - вот что тяжело! К Наде Кадышевой, солистке "Золотого кольца", я всегда хорошо относилась. У нее красивый тембр, трогательный, грудной. Он меня поражал, волновал, еще когда она пела в ансамбле "Россияночка". Но ведь "Золотое кольцо" не поет живьем! Взяли компьютер и все - в одну дуду! Есть реклама, есть популярность, но сколько песен перепорчено! Они выходят на сцену, открывают рот и крутятся. Попробуй петь и танцевать! Если ты певица, у тебя другая задача. Надо что-то одно хорошо делать. Многие поют под фонограмму. Мне их жалко. Они обездоленные, они не в форме. Надо петь вживую, и это продлевает жизнь...
...И молчит она,
все в мире забывая, -
я за песней, как за гибелью, слежу...
- Разве не гибельно петь всегда вживую, то есть всегда переживая, проживая песню, будь то "Окрасился месяц багрянцем", "Девичья воля" или "Ну, быстрей летите кони"? Настоящее, живое искусство - всегда смертельный номер, всегда дорога через бездну... Александра Ильинична возражает моим сомнениям:
- Конечно, петь вживую тяжело. Но зато ты имеешь право называться певицей...
- А когда вы почувствовали себя певицей?
- Не так давно (смеется). Я почувствовала себя певицей тогда, когда получила соответствующую школу. Пришла я в институт учиться, педагог не знает, как со мной обращаться - голос-то народный. "Шура, открой рот, ты поешь с закрытым ртом". Я не знаю, как мне его открыть, а она не может мне показать.
Концертмейстер терпел-терпел мои мучения и не вытерпел. Однажды он мне говорит: "Александра Ильинична, хотите, я с вами позанимаюсь? Потому что то, чем поют, у вас еще не затронуто". Леонида Леонидовича Базилевича я всегда добром вспоминаю. Он был абсолютным бессребреником, четыре года занимался со мной лишь из любви к искусству. Как педагог он талант, клад! Внешне - очень несценичный, неброский, всегда в своих мыслях. Когда он мне вышел аккомпанировать - я сдавала программу - люди мне потом говорили: "Шура, мы думали сначала, что он вышел двигать рояль..." Ну, если человеку не дано, что сделаешь! Зато когда он начинал заниматься со мной вокалом, я готова была стать перед ним на колени. А как пианист... Он сам рассказывал: когда закончил консерваторию, надо было диплом защищать. "Вышел к роялю, стал играть. Нормально все. А когда закончил, очнулся - вижу на коленях у инструмента стою. То есть я сполз со стула, а когда - не помню..."
- А у вас такие случаи были?
- Нет, на сцене не было. Правда, когда-то я играла в драме роль партизанки. Немцы в дверь заходят, а я вместо того чтобы в окно выскочить, как задумано в пьесе, на них пошла... А в песне нет, не было... Что значит быть певицей? Сейчас я знаю: в любом месте выйду, спою, и у меня получится. Люди затихнут, лица у них переродятся. Но это не я на них воздействую. Это - песня, голос, душа - все вместе. Вот я приезжаю за границу, популярность там ничего не значит, внешность у меня не выдающаяся - я маленькая, незаметная, никто меня там не знает, но стоит выйти, спеть, и люди, что прежде рядом с тобой сидели, не замечая, идут к тебе, начинают обнимать, целовать, благодарить! Это невольно происходит. Красота притягивает, красота внутренняя. Вот что значит быть певицей и вот какое мне Бог счастье дал!..
* * *
"У меня к тебе дела такого рода, что уйдет на разговоры вечер весь", - вечер длится, выкрашивает темнотой окна; а всю жизнь, конечно, и за пять вечеров не расскажешь. Моя собеседница размышляет:
- Много пришлось передумать, пережить, и теперь я стала более свободной. Я поняла в последнее время, что надо быть просто человеком нормальным во всех своих проявлениях. Тогда ты будешь и людям интересен. Талантливые люди на сцене - они и в жизни простые. Чем талантливей, тем проще. И выше. Духовно выше. А дутые, что делают из себя большие фигуры, - это все пустое.
- Но некоторые "звезды", в том числе и "народные", светят ослепительно ярко, вызывающе ярко. Надежда Бабкина, Людмила Зыкина...
- У Надежды Бабкиной есть своя публика, она пробивная, ее любят. Но я не могу сказать, что мне все нравится, что она делает. Если она берет народную песню, то все "бодряк" какой-то, строевая, и при всем этом - некоторая разболтанность появляется. Я другие грани стараюсь взять в песне - опрятность, женственность. У каждого ведь свой характер, свой идеал.
А Зыкина всегда была королевой. Она при всех правительствах - правительственная певица. Но Людмила Георгиевна многим и помогала, будучи при власти. В советские времена в какой бы город она ни приезжала, ее встречали только секретари ЦК. Всегда. Если этой свиты не было, это ж удивительно - как это так? Я-то всегда была на третьих ролях, - если уж все заболеют, тогда - в первый состав. Тем более Володя, муж мой, он был такой бесшабашный, мог нахамить за меня кому угодно, нас и с декад выставляли... Так что я шла своим путем... Но Зыкина - человек очень профессиональный. Грань, которую она всегда хорошо брала, - это советская песня. Она прошла прекрасную школу - пела в хоре радио, в хоре Пятницкого; она - думающая певица, а это всегда важно. Если она что-то делает, то всегда достигает успеха. Я бы так не пела. Но мне так и не надо. А она делает по-иному, и у нее это хорошо получается. Зыкина убедительна. Не скажешь ведь на хорошо - плохо. Мне нравится ее слушать. И она ухо востро держит - кто в какой форме. Зыкина никогда о ком-то плохо не скажет, наоборот, по телевидению говорит: да, мы с Ольгой Воронец, и Шура Стрельченко хорошо поет... Но в глаза она тебя никогда не похвалит. Ну, глыба. Она сидит, и вроде тебя для нее не существует. "Здрассь", - сухо, величаво. А я подхожу к ней искренне, если понравилась песня. Она выходит на сцену, и - освещает. Если у человека талант, то он выходит и освещает собою пространство, обликом своим несет свет. Я на нее всегда с удовольствием смотрю, и меня ничего не смущает, потому что она стала, как скала, и жест у нее естественный, и осанка ее - ей это идет! Я ее принимаю, и не могу этого скрыть. Зачем мне говорить: вот, зло берет, как Зыкина хорошо поет! Я радуюсь, что она вышла и сцену собой осветила. И я иду к ней и не могу скрыть своей радости, улыбаюсь. И тут "здрассь" - величавый кивок. Ну, ладно... Но я свое все равно сказала, душа моя сказала. Талант не завистлив... Я вижу красоту - душа моя ликует. И я думаю: и я должна подтянуться. Талант заставляет человека быть лучше себя самого. Знаете, приезжают бабушки из деревни, и от них такое добро идет, такая правда! Они и поют неграмотно, и "несценичные", старенькие, но такая красота, такой характер! А дети ?! "Саратовские гармоники", или ансамбль "Жалейка" из города Пикалево Ленинградской области - смотришь, и слез не сдержишь! Это же счастье - любить все талантливое, волнующее!..
Песня песне - рознь, и птица птице - рознь. Но в разнообразии этом жизнь не обманешь. Выдающуюся роль Александры Стрельченко на поприще народной песни, наконец, признали - без споров, без обсуждений. "В чем-то я прежде была неубедительна, в чем-то действительно не дотягивала. Имя было, а солидности не было. Меня признали только в последние годы".
- Последние годы показали, кто есть кто...
- Может быть. Я осталась такой же, как и прежде. Провела в прошлом году концерт памяти Плевицкой в Колонном зале. Телевизионщики сняли, но не показали - у меня не было денег заплатить за показ. Ведь нужно было заплатить и за зал, и оркестру, и за съемку, за монтаж... Я отдала все деньги, какие у меня были, и еще осталась должна. У меня нет денег. Если нет концертов, - откуда деньги?! Я ведь эти только зарабатываю. Потом я же не могу идти и говорить всем, что у меня нет денег! Все же думают наоборот! А ведь мне нужно концерт свой провести, компакт-диск выпустить. Программа большая, есть что петь, есть что людям сказать, хочется, чтобы все было красиво, чтобы по телевидению показали. Друзья-то мои и так знают, как я пою...
Да, да, в сутолоке буден, суеты вдруг обернешься, трезво посмотришь вокруг, ужаснешься: что же у нас за жизнь такая сейчас?! Певица, поющая вживую родную песню, не нужна. И песня - не нужна. И народ - не нужен. А кто же нужен тогда? Механические соловьи? Роботизированные избиратели? Блестки "золотого миллиарда"? Вот где тоталитаризм, какой нам и не снился!..
- Но как должна чувствовать певица, которая может петь, и не поет?
- Тоска страшная. Все немило, все без радости. Поэтому я нахожу себе какие-то занятия, дела. Вот, например, учу английский язык... Но понимаете, надо бы заниматься творчеством. Есть что сказать и - нельзя сказать. Не должно же так быть?! Я ведь в хорошей форме - только бы пела! Когда я пою, я чувствую себя счастливой. Просыпаюсь - с радостью... Много я в жизни пережила и бед, и невзгод. А радость всегда одна была - песня. И той сейчас нету... Знаете, чем спасаюсь сейчас? Когда плохое настроение - я беру с полки Пушкина. Любой том. Открываю и ухожу в его мир. Когда-то я была в Пушкиногорье, снималась там, пела. Меня пригласили туда Владимир Иванович Федосеев и Ольга Ивановна Доброхотова, она всех своих знакомых всегда старалась к прекрасному приобщить. И вот я приехала туда, пешком исходила все окрестности, купалась в Сороти, была в Святогорском монастыре... С Гейченко мы встречались, разговаривали. Я пела там песню "Матушка моя, что во поле пыльно", ту, что когда-то цыганка пела Пушкину. Все я посмотрела, все мы обошли... И так все это на меня подействовало - старые дубы, Сороть, аллеи, что вдруг мне показалось - в конце аллеи сам Пушкин стоит! Слезы покатились, клянусь! Пушкин - это истина, это то, что держит всех русских людей вместе.
- Вам когда-нибудь было стыдно, что вы - русская?
- По рождению я украинка, а по культуре, воспитанию, языку, да, конечно, русская. Мне не было стыдно за себя никогда. Я могла ошибаться в чем-то, заблуждаться, но я не совершала безнравственных поступков. Я не могу за себя стыдиться... Потом я помню, как воспринимали "русскость" в советское время. Главное, чтобы были в кокошниках, сарафанах. Этого было достаточно. Мне советовали : "Шура, ну чего ты, одень сарафан, и ты будешь в первых рядах!" Но начнем с того, что я не любила сарафан. Он мне не шел! Русопятого костюма у меня никогда не было, чтобы ряженость какая-то - я этого не принимаю. Нужно нести внутреннее отношение к национальному чувству, а костюм должен украшать меня, гармонировать с тем, что я делаю на сцене.
- Люди сейчас не живут, а выживают в большинстве своем. Выживать - жить суетным. Но разве может такая жизнь родить высокое искусство?
- Нужно стремиться к вечному - вот что я поняла за свою жизнь. Тогда легче переносить повседневные невзгоды. Радости нет в стране, веры нет, надежды. А людям свет нужен. Они ведь терзаются, мучаются. Но при всем этом телевизор смотришь - настоящий шабаш - презентации, юбилеи, машины друг другу дарят, виллы, дачи. Это безнравственно. Как не стыдно! При том, что народ голодает! Я выхожу на улицу и стараюсь одеться поскромней. Мне говорят: "Шура, что ты ходишь кое-как?" Да мне стыдно! Я оденусь, накрашусь, пойду - а меня люди узнают! Что я буду выпячиваться, когда народ так плохо живет?! Мне неудобно, когда меня узнают, честное слово. Нет, я не сторонница жить кое-как, ходить в рубище. Но надо жить с любовью к жизни, с любовью к ее красоте - к цветку ли простому - ромашке, колокольчику, к запаху ли - полынному, терпкому, к неброским краскам нашего лета...
- И с любовью к соловьиным песням...
- Да, и к песням, конечно, тоже...

Лидия СЫЧЕВА

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить



Популярные статьи

/muzykalnye-zhanry/spacesynth.html

Spacesynth

Для данной разновидности инструментальной музыки характерны высокие такты синтезаторов. Основное внимание в музыке стилистического направления Spacesynth (synthdance, или spacedance) уделяется не ...

/instrumenty/detskie-sintezatory.html

Детские синтезаторы

К группе детских принято относить синтезаторы, которые предназначены для игры детей до 7 лет. Клавиатура детских синтезаторов представляет собой три четвертых от фортепианной клавиатуры. При этом ...

Рекомендуем

Requiem

Requiem

Автор: Verdi Giuseppe 2006

Sentimento

Sentimento

Автор: Bocelli Andrea 2002

Copyright © 2004. При использовании материалов данного сайта ссылка на него обязательна.